Обоснованный риск в уголовном праве

Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели. Достижение общественно полезной цели означает стремление к результату, одобряемому моралью и правом.

Риск признается обоснованным при наличии совокупности нескольких условий:

– общественно полезная цель не могла быть достигнута не связанными с риском действиями (бездействием);

– лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам. Принятие достаточных мер для предотвращения вреда означает, что совершаемые действия должны основываться на современных научно-технических достижениях, профессиональных знаниях, навыках, опыте и пр., позволяющих лицу, совершающему рискованные действия, надеяться на получение положительного результата.

Виды обоснованного риска:

– производственный риск,т. е. стремление достичь общественно полезную цель или предотвратить вредный результат производственной деятельности путем поставления в опасность правоохраняе-мые интересы;

– хозяйственный риск, т. е. стремление получить экономическую выгоду путем постановки в опасность правоохраняемые материальные интересы;

– коммерческий риск, т. е. стремление получить выгоду в результате использования конъюнктуры рынка в банковской, биржевой, инвестиционной и других видах предпринимательской деятельности;

– научно-технический риск, т. е. стремление внедрить в практику новые методики, разработки, исследования (например, внедрение новой методики лечения, не оправдавшей себя, и пр.);

– организационно-управленческий риск, т. е. стремление перейти, например, к новой системе государственного управления, что может повлечь непредвиденные последствия и т. д.

Риск признается необоснованным, если он заведомо сопряжен:

– с угрозой для жизни многих людей. Этот признак имеет место в случае, если возможна угроза жизни двух и более лиц;

– с угрозой экологической катастрофы – предполагает создание опасности массовой гибели животных, рыб, растительности, значительные отравления атмосферы или водных запасов, что делает возможным отнесение определенных территорий к зонам экологического бедствия и чрезвычайной экологической ситуации;

– с угрозой общественного бедствия – заключается в появлении опасности нарушения состояния защищенности жизненно важных интересов общества. Превышение пределов обоснованного риска является обстоятельством, смягчающим наказание.

Отличие обоснованного риска от крайней необходимости:

– при крайней необходимости причиненный вред является необходимым и неизбежным для предотвращения опасности, тогда как при обоснованном риске он лишь вероятен, возможен;

– при крайней необходимости больший вред должен быть предотвращен путем причинения меньшего вреда. При обоснованном риске грозящая опасность может быть не предотвращена;

– превышение пределов крайней необходимости влечет за собой уголовную ответственность лишь в случаях умышленного причинения вреда. При отсутствии хотя бы одного из условий правомерности обоснованного риска возможна ответственность и за неосторожное причинение вреда.

Обоснованный риск

Статья об обоснованном риске, как и условиях его правомерности, в системе обстоятельств, исключающих преступность деяния, появи­лась в уголовном законодательстве впервые 1 .

Появлению статьи об обоснованном риске предшествовали много­численные дискуссии, в которых предлагались различные формулиров­ки этого обстоятельства, однако необходимость включения в разраба­тываемый в это время УК такой статьи ни у кого сомнений не вызвала. Это было обусловлено тем, что в современных условиях интенсивного ускорения общественного развития, дальнейшего совершенствования науки и техники выполнение профессиональных функций зачастую бы­вает связано с риском причинения вреда правоохраняемым интересам, особенно в экстремальной обстановке и при проведении необходимых экспериментов. Поэтому включение в УК 1996 г. новой статьи об об­основанном риске (ст. 41) было воспринято как одно из несомненных достижений Кодекса.

Обоснованный риск— это совершенные с общественно полезной це­лью действия, причинившие вред правоохраняемым интересам, если поставленная цель не могла £ыть достигнута другими, не связанными с риском действиями (бездействием), а лицо, допустившее риск, при­няло достаточные меры для предотвращения вреда.

Статья об обоснованном риске содержалась в теоретической модели Уголовного кодекса (см.: Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования. М., 1987), а также в принятых, но не вступивших в законную силу Основах уголовного законодательства Союза ССР и республик и в проектах Уголовного кодекса России.

Глава XV. Обстоятельства, исключающие преступность деяния

В соответствии со ст. 41 УК основными признаками,позволяющими отнести обоснованный риск к числу обстоятельств, исключающих пре­ступность деяния (гл. 8), являются:

1) направленность действий (бездействия) на достижение общест­венно полезной цели (ч. 1 ст. 41);

2) невозможность достижения поставленной общественно полез­ной цели другими, не связанными с риском действиями (бездействи­ем) -ч. 2 ст. 41;

3) использование достаточных и возможных мер для предотвраще­ния вреда правоохраняемым интересам (ч. 2 ст. 41);

4) отсутствие при совершении рискованных действий угрозы для жизни многих людей, а равно угрозы экологической катастрофы или общественного бедствия (ч. 3 ст. 41).

1. Достижение общественно полезной целиозначает такой результат риско­ванных действий, который одобряется моралью и правом. Это могут быть: спасение людей, научные открытия, значительная прибыль предприятия, обеспечение безопасности общества и т.п. Говоря об общественно полезной цели, законодатель имеет в виду такую цель, достижение которой имеет об­щественное, социальное значение, значимо для общества, хотя закон не ис­ключает также достижение полезной цели, значимой для одного лица при соблюдении остальных условий, регламентирующих обоснованный риск.

2. Обязательным признаком обоснованного риска является невоз­можность достижения общественно полезной цели иными, не связанны­ми с риском действиями (бездействием).Учитывая, что при соверше­нии рискованных действий может иметь место причинение вреда пра­воохраняемым интересам, такие действия допустимы лишь в случаях, когда достичь поставленной общественно полезной цели иным обра­зом невозможно. Причинение вреда при совершении рискованных действий при наличии иной возможности достижения цели означает отсутствие этого необходимого для обоснованного риска признака.

В уголовно-правовой литературе высказывалось мнение о допусти­мости обоснованного риска в случаях, когда общественно полезная цель может быть достигнута и иными, не связанными с риском дей­ствиями, однако достижение поставленной цели потребует много вре­мени, сил и средств 1 .

Однако более правильным представляется мнение, согласно кото­рому риск не может быть признан обоснованным, если общественно полезная цель могла быть достигнута иными средствами 2 . Это положе­ние четко закреплено в ч. 2 ст. 41 УК.

См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М, 1998. С. 92-93. См.: Уголовное право России: Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. С. 295.

Раздел третий. Преступление

3. Принятие достаточных мердля предотвращения вреда означает, что приняты все необходимые, по мнению рискующего, меры, спо­собные в конкретной обстановке предотвратить наступление вре­да. Понятия «достаточность» и «недостаточность» принятых мер от­носятся к числу оценочных категорий, передаваемых на усмотре­ние правоприменителя. При этом во внимание принимаются все обстоятельства: научно-технические достижения на момент совер­шения рискованных действий (бездействия), уровень профессио­нальных знаний рискующего, его навыки и опыт, возможность пра­вильно оценить обстановку, например, в экстремальных условиях. В ст. 41 УК говорится именно о достаточных мерах, что означает необходимость учета как объективных факторов, так и возможно­стей рискующего.

4. Наличие при совершении рискованных действий угрозы для жиз­ни многих людей, а равно угрозы экологической катастрофы или общест­венного бедствияслужит безусловным основанием признания риско­ванных действий необоснованными.

Угроза для жизни многих людейимеет место в случаях, когда в ре­зультате совершения рискованных действий возникает угроза причи­нения смерти значительному числу людей. Вопрос о том, какое число людей, оказавшихся в опасном для жизни состоянии, можно считать значительным, решается правоприменителем.

Угроза экологической катастрофыпредставляет собой создание та­кого состояния экологического неблагополучия, при котором стра­дают люди вследствие значительных отравлений атмосферы и водных источников, гибнут животные и растительность, большие территории становятся зонами экологического бедствия и чрезвычайной эколо­гической ситуации 1 .

Угроза общественного бедствиязаключается в появлении опасно­сти нарушения состояния защищенности жизненно важных интере­сов общества. Так, об общественных бедствиях есть основания гово­рить при возникновении наводнений, обвалов, возгорании лесных массивов на значительных территориях и т.п.

В период существования командно-административной системы инициатива зачастую оказывалась наказуемой. Проявление инициа­тивы влекло за собой ответственность* несмотря на то, что в результа­те совершения рискованных действий рискующие достигали общест­венно полезной цели. Однако нарушение нормативов и инструкций,

Зонами экологического бедствия и чрезвычайной экологической ситуации призна­ются территории, на которых происходят глубокие и устойчивые неблагоприятные из­менения окружающей среды, угрожающие жизни и здоровью людей, состоянию естест­венных экологических систем.

Глава XV. Обстоятельства, исключающие преступность деяния

порой устаревших и сдерживающих научно-технический прогресс, ставилось в вину.

Ярким подтверждением этого положения является широко известное дело Альби. Директор совхоза Альби нанял бригаду работников для уборки валунов с площадей, которые могли быть использованы для посевов (сила­ми работников совхоза произвести уборку валунов не удавалось), с оплатой 2 руб. за час вместо 1 руб. 05 коп. за один кубометр. Альби рассчитал, что использование после уборки валунов этих посевных площадей полностью возместит перерасход средств и даст определенный доход совхозу. Альби привлекли к ответственности за хищение социалистической собственности и осудили. Позднее его действия были квалифицированы как злоупотреб­ление должностными полномочиями. Расчеты Альби полностью оправда­лись. Однако Пленум Верховного Суда СССР, прекратив дело, отметил, что Альби совершил служебный поступок, за который на него должно быть на­ложено дисциплинарное взыскание 1 .

Аналогичным было дело Вагнера, который нанял в нарушение штат­ного расписания нескольких специалистов для ускорения реконструкции предприятия 2 .

В доктрине уголовного права имели место попытки дополнить усло­вия правомерности 3 обоснованного риска следующими:

1) причинение вреда интересам, охраняемым уголовным законом;

2) совершенное действие (бездействие) прямо не запрещено законом;

3) возможные вредные последствия должны быть осознаны 4 .

По поводу этих условий возникают некоторые сомнения.

Во-первых, признаком обоснованного риска вряд ли можно счи­тать причинение вреда, ибо риск в таких случаях может быть при­знан необоснованным. Причинение вреда при совершении риско­ванных действий означает, что были нарушены условия, перечис­ленные в ст. 41 УК.

Во-вторых, устанавливая условие о ненарушении прямого запре­та, мы тем самым сужаем сферу обоснованного риска, при котором рискующий иногда вынужден поступать вопреки правовому требо­ванию. Такое может иметь место, например, в случаях игнорирова­ния устаревшей инструкции с целью получения материальной вы­годы на производстве.

1 См.: ВВС СССР. 1987. № 5. С. 8.

2 См.: ВВС РСФСР. 1987. № 8. С. 6.

3 В ст. 41 УК ничего не говорится об условиях правомерности обоснованного рис­
ка. Однако сравнительный анализ ст. 37, 38 и 39 УК со ст. 41 дает основания для выде­
ления такого понятия в доктрине уголовного права и правоприменительной практике.

Раздел третий. Преступление

В-третьих, указание на то, что возможные вредные последствия дол­жны быть осознаны, сомнений не вызывает. Это условие вытекает из ст. 41 УК и означает, что рискующий предвидит возможность причи­нения им вреда, но надеется, что предпринятые им меры окажутся до­статочными для предотвращения вреда, и поставленная им перед со­бой общественно полезная цель будет достигнута.

Это интересно:  Возврат госпошлины при отказе от иска

В зависимости от цели, к достижению которой стремится лицо, совершающее рискованные действия, можно выделить: риск из пред­отвращения вреда,т.е. риск с целью предотвращения грозящей опас­ности, и инициативный риск,т.е. риск с целью достижения наиболь­шего профессионального эффекта, не связанного с наличием какой-либо угрозы.

Риск из предотвращения вреда может иметь место в случаях грозя­щей опасности в результате стихийных бедствий, техногенных катаст­роф и аварий и пр.

Инициативный риск — это риск при проведении различного рода экспериментов, усовершенствования действующих систем, постанов­ке опытов для подтверждения сделанных открытий и пр.

Эти два вида рисков имеют свои признаки, в определенной мере отличающие их друг от друга. Поэтому представляется правильным решение вопроса об обоснованном риске в ст. 34 УК Литвы, в кото­рой предусмотрены условия правомерности оправданного профессио­нального или хозяйственного риска, а в ст. 35, озаглавленной «Науч­ный эксперимент», — условия правомерности инициативного риска. В ст. 35 говорится:

«1. Лица, причинившие вред при проведении законного эксперимен­та, не подлежат ответственности по настоящему Кодексу, если экспе­римент проводился по опробованным научным методикам, решаемая проблема имеет исключительное значение для науки и эксперимента­тор предпринял необходимые меры предосторожности для предотвра­щения вреда охраняемым законами интересам.

2. Научный эксперимент запрещен при отсутствии свободного со­гласия участника в эксперименте, информированного о возможных последствиях.

3. За исключением случаев, предусмотренных законом, запрещен на­учный эксперимент с беременной женщиной, ее плодом, несовершенно­летним, лицом с нарушенной психикой и лицом, лишенным свободы».

Нестандартное решение этого вопроса избрал и законодатель Поль­ши, Уголовный кодекс которой ограничивает понятие обоснованно­го риска проведением познавательного, медицинского, технического или экономического эксперимента, если ожидаемый результат имеет существенное познавательное, медицинское или хозяйственное зна-

Глава XV. Обстоятельства, исключающие преступность деяния

чение, а надежда на его достижение, целесообразность и способ про­ведения эксперимента обоснованы в свете современного уровня зна­ний (§ 1 ст. 27).

В теории уголовного права выделяется несколько видов обоснован­ного риска в зависимости от сферы совершения рискованных дейст­вий. Например, производственный риск, т.е. стремление достичь об­щественно полезной цели или предотвратить вредный результат путем поставления в опасность правоохраняемые интересы; хозяйственный риск, т.е. стремление получить экономическую выгоду; научно-тех­нический риск, т.е. стремление внедрить в практику новые методики, разработки, исследования, в том числе медицинский риск. Этот пере­чень можно было бы продолжить, так как сфера обоснованного риска охватывает любую профессиональную деятельность, в том числе пра­воохранительную .

В теории уголовного права зачастую подчеркивается, что обосно­ванный риск — это профессиональный риск. Однако буквальное толко­вание ст. 41 УК не дает оснований для такого утверждения. Очевидно, что обоснованный риск чаще имеет место в профессиональной сфере. Но случаи обоснованного риска могут иметь место и в бытовых усло­виях, в частности риск из предотвращения вреда.

Наличие изложенных ранее условий правомерности обоснованного риска исключает ответственность за причинение вреда. Отсутствие хо­тя бы одного из этих условий выдвигает на первый план вопрос об от­ветственности за причиненный вред, при этом большое значение име­ет вопрос о степени предвидения причинения вреда при совершении рискованных действий. В теории уголовного права высказывалось об­основанное мнение, что случаи предвидения неизбежности наступле­ния вреда охраняемым законом интересам находятся вне сферы дейст­вия ст. 41 УК, поскольку здесь речь идет об умышленных преступле­ниях. Рискующий может осознавать только вероятность наступления вреда, и при отсутствии хотя бы одного из условий правомерности его действия рассматриваются как неосторожное преступление со ссылкой в необходимых случаях на п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК (обстоятельства, смяг­чающие наказание).

До вступления в силу УК действия, являющиеся обоснованным рис­ком, рассматривались в некоторых случаях по правилам, регламенти­рующим крайнюю необходимость, что приводило к определенному ограничению условий правомерности рискованных действий.

Крайняя необходимостьи обоснованный риск,хотя и имеют опреде­ленное сходство, являлись обстоятельствами, исключающими преступ­ность деяния, но это разные институты, характеризующиеся индиви­дуально определенными признаками.

Раздел третий. Преступление

1. При крайней необходимости причиненный вред является необ­ходимым и неизбежным для предотвращенры опасности, тогда как при обоснованном риске он лишь возможен.

2. При крайней необходимости больший вред должен быть предот­вращен за счет меньшего вреда, тогда как при обоснованном риске та­кого требования не выдвигается.

3. Превышение пределов крайней необходимости влечет за собой уголовную ответственность лишь в случаях причинения вреда умыш­ленно, тогда как при обоснованном риске возможно привлечение к от­ветственности за неосторожное преступление (чаще всего это имеет ме­сто при инициативном риске).

К сожалению, практика применения ст. 41 УК в подавляющем боль­шинстве регионов отсутствует, а правоприменительные органы зача­стую продолжают рассматривать по правилам ст. 39 УК (крайняя необ­ходимость) случаи обоснованного риска, что приводит к существенно­му ограничению условий правомерности обоснованного риска.

Такое решение вопроса значительно ограничивает возможность со­вершения рискованных действий для достижения общественно полез­ной цели. Как обоснованно отмечалось в одном из комментариев к УК, целью включения в Кодекс нормы об обоснованном риске является стремление законодателя «исключить влияние уголовного закона в ка­честве тормоза в развитии прогресса, не связывать руки людям, умею­щим брать на себя ответственность за новые нестандартные решения той или иной проблемы. В то же время закон должен оградить обще­ство от авантюрных поступков честолюбивых, легкомысленных людей, причинивших ущерб в погоне за личными успехами» 1 .

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Понимание риска в уголовно-правовой науке

В уголовно-правовой науке риск, при доминанте субъективистской позиции его понимания, определяется по-разному. Нужно признать, что изучению сущности риска в праве посвящено множество работ. Перечислим фамилии ученых, занимавшихся таким исследованием: Ю.М.Ткачевский, И.И.Слуцкий, А.В.Серова, В.А.Благов, С.М.Братусь, Ю.М.Антонян, М.В.Балалаева, А.М.Берестовой,B.А.Блинников, М.С.Владимиров, В.В.Орехов, С.В.Пархоменко, А.Л.Савенок, В.И.Самороков,C.Г.Келина, Н.Ш.Козаев, О.А.Котелевец, Г.С.Курбанов, Ю.И.Ляпунов, Н.Н.Малеина, В.И.Михайлов, В. А.Наумов, Г.В.Овчинникова.

Заметим, что данный список неполный, и часть исследований риска в уголовном праве непосредственно проанализирована нами ниже. Мы не напрасно обратились к такому количеству источников, поскольку явные противоречия в понимании риска в уголовном праве и нашей позиции, а также сделанные нами выводы о перспективах знаний о риске в уголовном праве заставляют нас провести такой тщательный анализ точек зрения о риске в уголовно-правовой науке.

М. С. Гринберг характеризует оправданный производственный риск «как правомерное создание опасности в целях достижения общественно полезного производственного результата, который не может быть получен обычными, нерискованными средствами [1; 46].

Согласно точке зрения А. А, Пионтковского, «нормальным производственно-хозяйственным риском советская теория права считает такие действия лица, когда оно при выполнении своих профессиональных обязанностей, хотя и может причинить известный ущерб, для предупреждения которого применяются соответствующие меры, но стремится при этом добиться существенного производственного результата, который не может быть достигнут при данном уровне развития техники другими средствами» [2; 37].
А. И. Санталов считает: «Под производственным риском понимается стремление достичь общественно полезную цель или предотвратить вредный результат производственной деятельности путём поставления в опасность охраняемых законом интересов [3; 438].

Точка зрения В. А.Блинникова: обоснованный риск — состояние возможного причинения вреда охраняемым уголовным правом интересам в результате правомерных рискованных действий лица [4].

А. И. Рарога полагает, что обоснованный риск — причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам личности, общества, государства, если при этом лицо действовало для достижения общественно полезной цели [5].

У П.Мазина, В. Битнева и Г.Пономарева обоснованный риск — имеющий целью общественно полезный результат — действие, которое содержит вероятность общественно опасного исхода и является исключающим преступность деяния обстоятельством [6; 27].

Свою позицию имеет А.Ю.Шурдумов, считающий, что обоснованный риск — совершение в общественно полезных целях действия, повлекшего причинение вреда правоохраняемым интересам, если поставленная цель не могла быть достигнута другими, не связанным с риском действиями, и лицо приняло все возможные и зависящие от него меры для предотвращения вреда [7].

Свое мнение высказали составители комментария к УК РФ, которые считают, что обоснованный риск — форма проявления активности человека, которая направлена на достижение общественно полезной цели, исключающей возможность достижения результатов иными, не связанными с риском действиями (бездействием), если при этом были предприняты меры для предотвращения вреда охраняемым интересам. Фактическое причинение вреда в этом случае не влечет уголовной ответственности [8].

Иная позиция определена Словарем-справочником основных понятий в уголовном праве. Здесь риск — допустимость наступления общественно опасных последствий в результате деятельности, направленной на получение социально полезного результата, при условии использования всех средств, предупреждающих эти последствия [9].

Собственная позиция выражена Н. Ш. Козаевым: обоснованный риск — самостоятельный вид правомерного поведения граждан, основанный на управомачивающих нормах уголовного права и проявляющийся в совершении в условиях неопределенности действий (бездействия) для достижения общественно полезной цели при осознании субъективной возможности выбора варианта поведения с учетом вероятности причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам [10].

С точки зрения С. С. Захаровой, под обоснованным риском следует понимать объективно необходимое, подготовленное, допустимое деяние, направленное на достижение общественно полезной цели, реализованное в ситуации неопределенности, при наличии возможности выбора альтернативного варианта поведения, причинившее, несмотря на предпринятые меры противодействия, вред охраняемым уголовным законом интересам [11].

У А. А. Ильюхова обоснованный риск — общественно опасная деятельность, не выходящая за рамки прямых запретов, состоящая из объективных и субъективных категорий, направленная на достижение общественно полезной цели [12].

Ю.В.Баулин полагает, что риск есть объективное состояние возникновения опасности причинения вреда, при которой неизвестно, наступит этот вред или нет [13; 227].
По А. И. Омельченко, понятие риска употребляется для объяснения сущности явления в двух значениях: во-первых, оно означает возможность наступления известного события; во-вторых, само событие, наступление которого обусловливает имущественный ущерб для данного лица [14].

Проанализируем часть данных позиций. Предварительно отметим, что такая частичность определяется большим объемом анализа всех точек зрения на риск в уголовно-правовой науке и что анализ точек зрения, не попавших в данную статью, будет непременно проведен нами в рамках другой, отдельной работы.

Заметим, что такой анализ определяет: насколько другое отношение складывается к пониманию риска в уголовном праве, нежели чем в гражданском праве. Это связано с тем, что из четырнадцати представленных нами точек зрения на сущность риска только в двух риск не понимается с точки зрения деятельностного подхода. В связи с этим данные позиции уже не соответствуют качественно-логичному пониманию риска, а могут выступать в научных исследованиях только в качестве материла для критики. Однако подтвердим такую резкость дополнительными аргументами.

Это интересно:  Кому положено звание ветеран труда в России

Первый аргумент определяется анализом оправданного производственного риска «как правомерного создания опасности в целях достижения общественно полезного производственного результата, который не может быть получен обычными, нерискованными средствами» [1; 46].

Есть несколько претензий к данной позиции понимания риска. Претензия один — отличить понятия правомерного создания опасности от неправомерного в понимании М.С.Гринберга невозможно, поскольку какие-то объективно выраженные в праве критерии правомерного создания опасности здесь отсутствуют. Следует отметить, что сама правомерность является оценочным понятием, заключающимся в том, что такие действия, создающие опасность, должны соответствовать нормам права. Вместе с тем очень трудно логически предположить, что действия, создающие опасность, могут соответствовать нормам права. Ибо такие действия противоречат логике защиты интересов человека. Более того, гипотетически предположив, что такие нормы существуют, мы должны заметить, что существование таких норм является иррациональным способом регулирования общественных отношений, содержащих угрозу интересам человека. В этой связи представленная М.С.Гринбергом формулировка риска предполагает, что уголовное право как регулятор общественных отношений имеет в арсенале способов регулирования отношений противоречащие направленности права, заключающегося в построении такой модели существования человека, которая основана на логике устранения опасности для человека, и прямо предусматривают создание такой угрозы. Однако отвлечемся от классического понимания правомерности как соответствия нормам права. Сделаем это потому, что согласно существующей в уголовно-правовой науке точке зрения правомерность риска понимается не как соответствие поведения нормам права, а как обоснованность самого поведения [15; 60]. Дело даже не в том, что такая позиция нелепа, ибо, признавая риск действием, мы, в результате такого его понимания, должны предположить, что всякое обоснованное действие правомерно. А это уже явно не соответствует сущности права, поскольку обосновать можно все что угодно практически из каких угодно логических предпосылок. Дело в том, что такое понимание правомерности предполагает его распространение и на другие виды действий, что заставляет нас задуматься о соответствии доктрины развития уголовного права, в целом сущности права.

Претензия два — непонятно, на основе каких фактов должен делаться вывод о том, что преследуемый данными действиями общественно полезный результат не может быть достигнут другим, безопасным путем. Это априорное утверждение, ибо здесь также отсутствуют какие-либо объективные критерии, позволяющие определить, что единственный способ достижения цели связан с вероятностью достижения.

Претензия три — насколько нужен результат, способ достижения которого предполагает вероятность наступления ущерба? Какова его ценность по отношению к вероятности наступления отрицательных последствий, которые влекут так называемые «правомерные действия»?

Вывод: понятия правомерности создания опасности, оценочный критерий единственности способа достижения цели, необходимость достижения цели, предполагающей, что вместо таковой будет нанесен ущерб, являются неполноценными с точки зрения оценки данных критериев в качестве критериев правомерного риска. Все это глубоко оценочные понятия. Такая неполноценность однозначно усугубляется частой скоротечностью протекания процесса оценки ситуации риска, вероятной неопределенностью и нестабильностью ситуации, которые обусловливают весьма низкую вероятность расчета алгоритма выхода из ситуации риска, тем более, что в уголовном праве отсутствуют какие-либо научные разработки, синтезирующие такие алгоритмы.

Анализ позиции А.А.Пионтковского не менее интересен. Согласно точке зрения А. А. Пионтковского, «нормальным производственно-хозяйственным риском советская теория права считает такие действия лица, когда оно при выполнении своих профессиональных обязанностей, хотя и может причинить известный ущерб, для предупреждения которого применяются соответствующие меры, но стремится при этом добиться существенного производственного результата, который не может быть достигнут при данном уровне развития техники другими средствами» [2; 37].

Изучение данной точки зрения ученого позволяет сделать вывод о том, что он придерживается деятельностного подхода в понимании риска, а также вызывает ряд вопросов:
Вопрос один: почему нужно стремиться превознестись над проверенными научно-техническим прогрессом средствами достижения цели, используя при этом непроверенные, либо средства, проверка использования которых установила низкую целесообразность их использования? А если таковая не установлена, зачем нужно подвергать опасности интересы производства (человека) таким способом, когда можно просто провести эксперимент на предмет установления возможности использования данного средства (способа) в производстве?

Вопрос два: каким образом обычный человек, субъект рискованного поведения, должен оценить правовую базу знаний о риске, позволяющую ему применять способы, создающие угрозу для интересов человека, если таковая находится в зачаточном состоянии и, как минимум, требует кропотливого и детального изучения правовых принципов, конкретных правовых норм, предположительной ситуации? Ведь субъект правоприменения знает одно — в случае наступления отрицательных последствий он будет нести ответственность.

Вопрос три: автор говорит об известном ущербе, который может наступить в результате действий субъекта. Кто оценил этот ущерб и кто должен его оценивать? В каких показателях должна проходить такая оценка? Такой вопрос тем более актуален, если учесть, что такая оценка ущерба субъективна. И если в момент ситуации риска такой ущерб оценивается исходя из условий той информационной определенности, которая сложилась на тот момент, то в пострисковой ситуации, когда условия риска становятся более известны, такая оценка имеет другой вид. Этот же самый довод относится вообще ко всем оценочным обстоятельствам ситуации. В этой связи возникает уже другой вопрос: каким образом можно оценить степень информационной определенности лица, совершающего рискованные действия? Заметим, что данный вопрос имеет важное значение вообще для оценки всех действий лиц в уголовном праве. При этом уголовное право не дает ответа на данный вопрос.

Такие же вопросы относительно необходимости достижения цели опасным способом возникают после изучения позиции А.И.Санталова, который считает, что «под производственным риском понимается стремление достичь общественно полезную цель или предотвратить вредный результат производственной деятельности путём поставления в опасность охраняемых законом интересов [3; 443]. Однако на этот раз возникает еще один вопрос: каким образом должна происходить оценка стремления достичь общественно полезную цель или предотвратить вредный результат производственной деятельности путём поставления в опасность охраняемых законом интересов, если при этом само стремление — только лишь волевое отношение, отделенное от его объективного выражения в действиях, и не более? В связи с чем позицию А.И.Санталова можно считать позицией психологического характера, лишенной своего объективного выражения. Более того, такой психологический характер абсолютно исключает оценку риска, поскольку в данном случае приходится иметь дело с внутренним, глубоко личным отношением лица к окружающей действительности, сущность которой А. И. Санталовым в его понятии даже и не обозначена.

Изучение трактовок, риска, в уголовном праве, которых придерживаются В. А.Блинников, А.И.Рарога, П.Мазин, В.Битнев и Г.Пономарев, позволяет предположить, что все они основаны на основе смешения деятельностного подхода к риску и рассмотрения риска как угрозы, порожденной человеком, при этом сделана попытка использования основ вероятностного подхода. Такое смешение мы не считаем разумным, а позиции указанных авторов нельзя считать правильными. Ко всем ним предъявляются все те же претензии, которые мы описали выше.
Следующую группу трактовок риска в уголовном праве представляют точка зрения А.Ю.Шурдумова, позиции авторов Комментария к УК РФ (в 2 т.) под ред. О.Ф. М. Шишова и авторов Словаря-справочника основных понятий. Анализ данных трактовок показывает, что все они являются результатом смешения деятельностного и вероятностного подходов к сущности риска. Вместе с тем детальный анализ данных трактовок позволяет выделить еще несколько критериев, отличающих данную группу точек зрения от других мнений о риске в уголовном праве.
Во-первых, в данном случае четко выделяется факт, что действия, составляющие сущность риска, уже повлекли наступление отрицательных последствий и за них рисковавшее лицо не должно нести какую-либо ответственность;

Во-вторых, определяется необходимость принятия всех мер, направленных на предотвращение вреда.

В этой связи возникают вопросы.

Вопрос один: почему в качестве критерия ситуации риска в уголовном праве должно выступать то обстоятельство, что ущерб уже наступил? А если ущерб не наступил, тогда что? Стало лучше? Ведь угроза была вполне реальной, поскольку лицо допускало возможность ее наступления, и не важно, по каким причинам она не была реализована, — это абсолютно другое дело. Более того, ненаступление ущерба в данной ситуации нельзя назвать фактом, однозначно вытекающим из совершенного действия, составляющего суть риска, поскольку исходя из общей концепции понимания риска в уголовном праве вероятность наступления такого ущерба далеко не однозначная — она вообще неизвестна, поскольку является следствием действий, осуществляемых в условиях невозможности решения вопроса научно обоснованными методами [2; 37].

Другими словами, действия рискующего можно назвать действиями наугад, исходя из собственной логики, которая, согласно точке зрения некоторых ученых, фактически обосновывает риск и делает его правомерным.

Вопрос два: о каких мерах и средствах, предотвращающих наступление ущерба, идет речь, если вероятность наступления ущерба не определена? Более того, не определен сам характер ущерба, и сам ущерб не измерен. Каким образом можно выбрать способы и меры предотвращения ущерба в ситуации, когда проводимые вами действия этот ущерб прямо влекут? Ответим на вопрос сами: нужно отказаться от достижения цели или изменить способ ее достижения. В первом случае — здесь не будет действия, а в понимании сторонников деятельностного подхода — и риска. Во втором случае, риска, в понимании сторонников деятельностного подхода, тоже не будет, потому что изменение способа достижения цели с опасного на безопасный устраняет вероятность нанесения ущерба этими самыми действиями и, соответственно, исключает риск как категорию, представляемую критикуемыми нами авторами.
Подведем итоги изучения риска в уголовно-правовой науке.

Сущность позиции о понимании риска как деятельности в уголовном праве не выдерживает критики. Существующее понимание риска в уголовном праве требует коррекции и должно соответствовать пониманию риска в общей методологии наук. Только в этом случае возникает перспектива дискуссии по поводу существования риска в уголовном праве и только лишь как обстоятельства, влияющего на ответственность.

Нормы о риске как обстоятельстве, исключающем ответственность и преступность деяния, в уголовном праве должны быть исключены из Уголовного кодекса Республики Казахстан как несоответствующие целям права.

Список литературы

ОБОСНОВАННЫЙ РИСК

Понятие и сущность обоснованного риска

Обоснованный риск как обстоятельство, исключающее преступность деяния, ранее не выделялось уголовным законом. В науке уголовного права признается, что в некоторых случаях необходимо решать вопрос о привлечении лица, причинившего вред при выполнении каких-либо рискованных действий, к уголовной ответственности. Существуют определенные разногласия в наименовании таких действий: одни авторы предлагают называть их производственным, другие — профессиональным, третьи — хозяйственным риском. В одном авторы едины: это действия, направленные на получение положительного результата, основанного на предложении и не исключающего причинение вреда охраняемым интересам. Цель риска в большинстве случаев — раздвинуть рамки непознанного, научиться управлять новейшими технологическими процессами, освоить принципы совершенно иной экономической ситуации, где властвует конкуренция, где выигрывает тот, кто мыслит нестандартно. Нормы права, закона должны помочь творческим личностям реализовать общественно полезные цели, не связывая руки запретами и многочисленными условиями. В то же время право должно быть преградой для авантюристов и проходимцев, которые преследуют сугубо личные, подчас корыстные и криминально честолюбивые цели. Лишь тот риск оправдан, который pro bono publico (во имя общественного блага).

Это интересно:  Что положено ветерану боевых действий

Следует признать, что наиболее полно и юридически точно сформулирована норма о сущности рискованных действий в новом УК. В соответствии со ст.41 УК не является преступлением причинение вреда охраняемым законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно полезной цели.

Законодатель признает право на риск за любым гражданином, независимо от его профессиональной деятельности и рода выполняемых действий. Далее, право на риск признается в любой сфере, а не только в производственной и хозяйственной, в связи, с чем найдено удачное определение — обоснованный риск. Риск признается обоснованным, если общественно полезная щель не могла быть достигнута иными действиями (бездействием) и лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам (ч.2 ст.41 УК).

До недавнего времени российское уголовное законодательство не предусматривало института обоснованного риска, хотя в юридической литературе давно велись исследования по этому вопросу.

В юридической литературе обычно выделяют несколько видов обоснованного риска:

  • 1. Производственный (профессиональный) риск может иметь место в любой сфере профессиональной деятельности человека, связанной с опасностью возникновения вредных последствий на транспорте, в промышленном производстве, строительстве, в области медицины, профессионального спорта и т.д. Целью рискованных действий в данном случае является стремление избежать нарушения законных интересов, вредных последствий. Данный вид риска очень схож с институтом крайней необходимости. Различие их заключается в том, что при крайней необходимости опасность уже возникла или грозит немедленно возникнуть, а при профессиональном риске — возникнет спустя определенное время.
  • 2. Хозяйственный риск возможен в производственно-экономической сфере. Он связан с опасностью имущественного ущерба предприятию и с желанием получить экономическую выгоду.
  • 3. Научно-технический риск (риск исследования, экспериментальный или новаторский риск) сопряжен с прогрессом в области исследования и разработок, включая лабораторные испытания.

Поскольку любой из видов риска чреват вредными последствиями для охраняемого правом интереса, рискованные действия, для того чтобы послужить основанием освобождения от уголовной ответственности, должны удовлетворять ряду условий.

Термин риск» в русском языке определяется как возможный убыток или неудача в каком-либо деле. Ряд определений риска предлагается философами и психологами. В частности, риск трактуется как действие (поступок), выполняемое в условиях выбора, когда существует опасность в случае неудачи оказаться в худшем положении, чем до выбора.

Анализируя условия правомерности обоснованного риска, сформулированные в ст. 41 УК РФ, можно скорректировать некоторые их них.

1. Риск должен быть направлен на достижение общественно полезной цели, а именно должен сообразовываться со значением той цели, для которой он предпринимается.

В теории уголовного права указывается на то, что цель деятельности иногда может быть настолько общественно полезной, что правопорядок допускает создание некоторой опасности, сопряженной с этой деятельностью.

Так, хирургу не возбраняется производство операции, сопряженной с известным риском, поскольку цель деятельности настолько общественно полезна, что это вполне оправдывает допущение некоторого неизбежного риска, без которого не может эффективно осуществляться эта деятельность.

При правомерном риске, безусловно, речь идет не о всяком действии, направленном к общественно полезной цели, а о поступке, социальная полезность которого выше создаваемой опасности.

Можно сделать вывод, что если лицо совершает правонарушение, преследуя правомерные цели, это снижает опасность его действия, а в тех случаях, когда полезность действия выше возможной опасности, совершенно исключает ее.

Представляется, что более логично определять общественно полезный характер цели в зависимости от того, насколько действия лица, идущего на риск, совершаются для достижения результата, выгодного главным образом не самому себе, а другим людям, а также в целом для общества и государства. Кроме того, необходимо учитывать важность того объекта, которому причиняется ущерб при осуществлении полезной цели.

2. При правомерном риске цель не может быть достигнута обычными, нерискованными средствами. Риск оправдан, если существует выбор между рискованными и традиционными средствами достижения общественно полезной цели.

Главное отличие обоснованного риска от крайней необходимости заключается в том, что при обоснованном риске существует возможность выбора между рискованными и нерискованными средствами, если рискованное действие является единственным выходом для устранения опасности, тогда лицо действует в состоянии крайней необходимости, а не обоснованного риска.

Например, операция у человека связана с риском осложнения, но может привести к радикальному излечению застарелой хронической болезни. При наличии лекарств и других хирургических средств воздействия, требующих даже длительного применения, врач может принять решение проводить курс консервативного лечения или операцию. Если других средств лечения, кроме оперативного вмешательства, нет, то врач находится в состоянии крайней необходимости.

3. Лицо, допустившее риск, в любом случае обязано принять все возможные меры для предотвращения вреда правоохраняемым интересам.

По моему мнению, лицо должно предвидеть размер возможных вредных последствий и с учетом имеющихся возможностей правильно избрать те меры, которые могут если не устранить, то по крайней мере максимально снизить их размер. Речь идет именно о субъективных расчетах и мерах действующего в ситуации риска лица, способных, с его точки зрения, предотвратить возможные вредные последствия. Надо иметь в виду, что при риске всегда остается опасность причинения вреда правоохраняемым интересам, поэтому предусмотреть все необходимые меры, исключающие наступление такого вреда, практически невозможно.

Многие высказывают мнение, что субъект обоснованного риска, как и лицо, находящееся в состоянии крайней необходимости, обязан избирать тот способ, который связан с созданием менее угрожающей опасности, — другими словами, он должен идти на наименьший риск. Полагаю, правомерным будет не только действие, связанное с наименьшим риском, но и действие, связанное с наибольшим риском. Это еще одно отличие обоснованного риска от крайней необходимости.

При выборе необходимых мер для предотвращения вреда правоохраняемым интересам совершенные действия должны соответствовать современным научно-техническим знаниям и опыту.

Например, при производстве хирургической операции действия врачей не должны нарушать научно и практически обоснованную методику проведения такой операции, но в ситуации риска можно применить научно и экспериментально разработанные новые методы этого хирургического вмешательства, не получившие еще широкого применения в медицинской практике. В таких случаях новые разработки обычно включают элементы прежнего опыта.

4. Возможность вредного последствия при риске всегда является лишь вероятной.

Там, где речь идет о заведомом причинении ущерба, риск, разумеется, отсутствует. Риск — это возможность нежелательной случайности, большая или меньшая вероятность ее наступления. Вероятность в различных своих степенях располагается между невозможностью ущерба и его неизбежностью; она в соответствии с классической концепцией есть мера превращения возможности в действительность в ситуации неопределенности.

В настоящее время доминирующей в научном познании является статистическая концепция вероятности, в основе которой лежат действительные наблюдения появления некоторого события в ходе длительного опыта при точно фиксированных условиях. Практика подтверждает, что чем чаще происходит событие, тем больше степень объективной возможности его появления или вероятность.

Статистическая интерпретация вероятности отражает специфический характер закономерностей, присущих массовым явлениям случайного характера. Во многих социальных процессах приходится учитывать действие множества случайных факторов, которые характеризуются устойчивой частотой. Выявление этой устойчивой частоты и ее количественная оценка с помощью вероятности дают возможность вскрыть необходимость, которая прокладывает себе путь через совокупное действие множества случайностей. В этом находит свое проявление диалектика превращения случайности в необходимость

Случайное событие в сравнении с событием неизбежным — «это то, что имеет основание и причину не в самом себе, не в сущности самих явлений, процессов, событий, вещей, что вытекает не из внутренних связей, а из побочных или внешних связей и в силу этого может быть, а может и не быть» Напротив, под необходимостью диалектический материализм понимает то, что «имеет причину в себе самом, что с неизбежностью закономерно вытекает из самой сущности, из внутренней связи вещей, процессов, событий и что неизбежно должно произойти в главном так, а не иначе»

В природе случайных связей нет ничего непознаваемого, т.е. случайное последствие можно предвидеть. Безусловно, это предвидение может быть различным по степени конкретности, но и в этом случае, если общественно опасный результат вырисовывается в сознании субъекта лишь в общих чертах и степень вероятности его наступления представляется незначительной, такого предвидения достаточно, чтобы была вина субъекта.

При риске из предотвращения вреда может встать вопрос об ответственности лица, виновного в создании обстановки риска, условий, требующих обращения к обоснованному риску.

Таким образом, признаком правомерности обоснованного риска является одновременное наличие следующих условий:

  • 1) риск должен быть направлен на устранение угрожающей опасности охраняемым благам либо на достижение наибольшего социально значимого эффекта;
  • 2) эти цели не могут быть достигнуты традиционными общепринятыми средствами;
  • 3) риск не должен переходить в заведомое причинение вреда;
  • 4) совершенные действия должны соответствовать современным научно-техническим знаниям и опыту, лицом должны быть предприняты все возможные меры для предотвращения вреда правоохраняемым благам;
  • 5) риск не может быть признан обоснованным, если он был сопряжен с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия.

Поскольку правовые категории «риск» и «ответственность» между собой взаимосвязаны, то в правоприменительной практике зачастую возникает необходимость в установлении степени проявления риска для определения объема ответственности.

Для того чтобы определить характер воздействия риска на объем юридической ответственности, необходимо проанализировать имеющиеся в науке и законодательстве определения различных рисков, сформулированные в зависимости от сфер деятельности и видовой принадлежности юридической ответственности.

Статья написана по материалам сайтов: studopedia.ru, articlekz.com, studwood.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock
detector